Две любимые песни (к юбилею Кима)

Продолжаем отмечать 85-летие Юлия Черсановича.

Есть у меня две любимые песни, одна Высоцкого, а другая Кима. Каждый раз поражаюсь совершенству формы.

Песня Высоцкого - "Я вышел ростом и лицом...". Такое впечатление, что Высоцкий решил оставить там практически одни глаголы. И действие разворачивается с ошеломляющей скоростью:

"Я вышел ростом и лицом
Спасибо матери с отцом
С людьми в ладу, не понукал, не помыкал
Спины не гнул, прямым ходил
И в ус не дул, и жил, как жил
И голове своей руками помогал"

Пока оно не завязает в предсмертном снегу. А потом снова раскручивается с той же скоростью:

"Конец простой: пришел тягач,
И там был трос, и там был врач,
И МАЗ попал, куда положено ему.
И он пришел, трясется весь,
А там опять далекий рейс,
Я зла не помню, я опять его возьму"

А Ким достигает такой же скорости какими-то другими, не настолько ясными методами:

"Капнист пиесу накропал, громадного размеру.
И вот он спит, в то время, как царь-батюшка не спит:
Он ночь-полночь пришел в театр и требует премьеру.
Не знаем, кто его толкнул. История молчит."

Четыре строчки, и фантасмагорическая экспозиция готова.

И вот Капниста извлекают из постели:

"И не успел двух раз моргнуть наш, прямо скажем, Вася,
Как был в овчину облачен и в сани водворен.
Трясли ухабы, тряс мороз, а сам-то как он трясся,
В то время как уж третий акт давали пред царем."

Никаких тебе перерывов и описаний, действие галопом.

И наконец хеппи-энд, в промежутке между четвертым и пятым актом. Сами понимаете, времени оно много не заняло:

"Да! Испарился царский гнев уже в четвертом акте,
Где змей порока пойман был и не сумел уползть.
"Сие мерзавцу поделом!" - царь молвил, и в антракте
Послал гонца вернуть творца, обернутого в полсть.

Все ближе, ближе Петербург, и вот уже застава.
И в пятом акте царь вскричал: "Василий! Молодец!"
И на заставе ждет уже дворцовая подстава,
И только прах из-под копыт - и махом во дворец.

Василь Васильевич на паркет в чем был из полсти выпал.
И тут ему и водки штоф и пряник закусить.
"У, негодяй, - промолвил царь и золотом осыпал* -
Пошто заставил ты меня столь много пережить?"

Вот эта строчка - "У, негодяй, - промолвил царь и золотом осыпал" - как-то особенно ярко показывает динамику песни, как на американских горках.

Это искусство, впихнуть невероятные приключения в несколько строф, ой как не всем дано.

А вывод простой: поздравим ещё раз Юлия Черсановичз!